Пленники Раздора. Книга третья - Страница 145

145

Закапывали сгибших торопливо, словно хотели поскорее закончить, чтобы не скорбеть по павшим, но порадоваться, наконец, вернувшимся. Всхлипывали девки. Донатос стоял на краю ямины и глядел за тем, как прибывает земля.

Кто-то подошел к нему, крепко обхватил за пояс и расплакался, уткнувшись лицом в живот. Колдун с удивлением посмотрел вниз и увидел вихрастую белобрысую макушку Русая. Паренёк вжимался в обережника, сотрясаясь от слез.

- Ну, будет, будет... - негромко сказал крефф, поглаживая острые мальчишечьи плечи и не зная, что ещё добавить.

- Дяа-а-адька-а-а, - безутешно выл Руська. - Жалко-то её ка-а-ак!

- Жалко, - сказал Донатос и, наконец, понял, что же такое чудное происходит с ним, отчего перекручивает нутро, и дыхание как будто схватывает. - Жалко, Русай...

* * *

Тризны вечером не было. И вообще всё понеслось кувырком и не в лад. Ехали, думали - передохнут, дух переведут. Вышло иначе.

Клесх только из мыльни возвратился - ещё с волосами сырыми и рубахой к влажному телу липнущей, а уже распорядился через оборот собирать креффов.

Нэд зашел к Главе, когда тот жадно ел, одновременно с этим разбирая сорочьи грамоты, накопившиеся за дни отлучки.

- Что ты взыскался? - спросил посадник. - Нет ведь уже этого Серого. Дай людям роздыха. Поспокойнее все же дни для Цитадели настали...

Клесх посмотрел на него поверх развернутого свитка угрюмо и зло:

- Нет и не будет у Цитадели спокойных дней, Нэд. Нешто ты не понял? Ходящая нынче из крепости вышла. И защита, которую Бьерга установила, не стала ей преградой. Я выучам наказал у ворот на страже всю ночь стоять. И засовы запереть. А ты "дай людям роздыха".

Посадник с вытянувшимся лицом слушал эту гневную отповедь.

- Погоди, погоди! Ты другого кого пробовал за ворота вывести? - подался он вперед.

- Попробуем ещё, время будет, - "утешил" его Клесх. - Нынче надо решать, что делать станем, если Ходящие так же легко в города и веси заходить-выходить будут. Вот уж запоем... Сегодня Лесану надо усадить в креффат. Хватит ей без дела болтаться. Выуча старшего Рустиного, не помню имени, тоже, Лаштиных Ургая и Хабора, Ольстова Ильгара. А то у нас не креффат, а сборище стариков и калек.

Глава уже не глядел на собеседника и не думал о том, что речь его резка и в чем-то обидна. Он гвоздил и гвоздил словами:

- В Любяны и Печища надо отправить ратоборцев. Ихние-то сгибли. Возьмем из старших Дареновых. Ребята у него всегда крепкие были. К слову, у Ольста Радомир - толковый парень, уже год в тройке сторожевой квасится в Суйлеши. Надо отзывать в Цитадель. На его место поставить, да хоть Свельта, он как раз доучился. И завтра же всех воев распустить обратно по тройкам. Нечего им тут рассиживаться. В дороге раны зализали, отдохнули - спали, как хорьки. Будет с них. Креффам пора за выучами ехать - весна на исходе, в деревнях сватовство вот-вот начнется, упустим ребят, сами потом будем локти грызть.

Нэд вскинул руки, призывая Главу хоть на миг осадить бешено скачущие мысли:

- Охолонись, я понял. Всё понял. Успокойся, Клесх. Что ты взъярился? - посадник пожитым умом понял то, чего на его месте не понял бы кто-то другой - Клесх, как это бывает с теми, кто всю жизнь привык бороться с трудностями в одиночку, не знал, как ему разорваться, чтобы ничего не упустить.

Поэтому Нэд повторил:

- Охолонись. Дай людям хоть в мыльни сходить, чистое вздеть да по куску в рот закинуть. Я тебе вот что скажу. Старших выучей до осени оставь гонять подлетков. Молодых ребят из креффата отправим искать Осенённых. Бьерга, Ихтор, Лашта и Донатос - тоже поедут. В крепости со мной останутся старики, молодшие и старшие выучи. А там видно будет.

Клесх задумался и покачал головой:

- Иначе всё Нэд. И оборачиваться нам теперь вдвое быстрее придется. Или ты не понял? Так я объясню. У нас ведь тут Лют ещё. И он не впусте обратно притащился. Не только из-за девок своих, у него, помимо Мары с Лесаной, другой интерес... Он нам помог и теперь будет торговаться за стаю... И он видел, как девка-Ходящая за ворота выбежала. Точнее не видел, а учуял. Хм... а ведь верно... у волколаков острый нюх. Ходящего от человека они всегда отличат...

Мысли Главы скакали, как блохи, и Нэд за ними уже не поспевал, да видимо и сам Клесх не поспевал тоже.

- Довольно! - твердо сказал посадник. - Утро вечера мудренее. Это у тебя шило в заду. А за окном ночь и люди хотят спать. Креффат, оборотни и выучи обождут до рассвета. Да и ты уймешься, покуда голова не лопнула.

Клесх вдруг в ответ на эту отповедь беззвучно засмеялся:

- Спать хотят, - он уткнулся лбом в ладонь и плечи подрагивали. - А я-то подумал... Понял, понял. С Бьергой и парой слов перемолвиться не успели? Иди уж. Спи.

В последнее слово он нарочно подбавил издевки.

- Да, тьфу на тебя! - разозлился посадник и ушёл.

Но в коридоре остановился, и самому сделалось смешно. На нижнем ярусе Нэд столкнулся с Ильгаром, который со свертком в руках торопился в сторону поварни.

- А, вот и ты, - обрадовался старый крефф. - Завтра после утренней трапезы сразу поднимайся к Главе.

Ильгар растерянно кивнул, недоумевая, зачем он понадобился Клесху да ещё с самого ранья. Впрочем, нынче у него была другая забота.

..."Забота" протирала миски, когда ратоборец вошёл на поварню.

- Нелюба! - окликнул он её.

Та обернулась - лицо обиженное, глаза сердитые.

Вой улыбнулся:

- Я купил в Славути... - Он протянул ей сверток и добавил: - Хотел до отъезда отдать, но... вдруг бы не вернулся.

Девушка медленно протянула руку к подарку, словно боясь коснуться. Ильгар терпеливо ждал.

Это было покрывало, из тех, какие носят мужние женщины, пряча волосы. Красивое. Тонкой работы, с затейливой вышивкой по краю.

145